Древнейший потомок одомашненного волка, которого уже можно назвать собакой, жил на территории современной Бельгии 32 тысячи лет назад. Череп, найденный в пещере Гуайе, почти на 20 тысяч лет старше прежних «рекордсменов». Впрочем, современным собакам он может родней и не быть.

<!-- СМОТРИ ТАКЖЕ (ящики) --><!-- СМОТРИ ТАКЖЕ -->

Хотя за право считаться другом человека, согласно неувядающему афоризму, борются управдом и собака, четвероногий все-таки остается бессменным обладателем этого титула не одну тысячу лет.

А если быть более точным – 31 700 лет. Именно это число опубликовали археологи, обнаружившие череп собаки в бельгийской пещере Гуайе.

Новый экземпляр, пока не получивший кличку, но уже детально описанный, оказался старше предыдущих лидеров из российских и германских стоянок древнего человека почти на 18 тысяч лет. Согласно новым данным, первыми одомашнили четвероногих представители ориньякской культуры, обитавшие в верхнем палеолите на севере современной Франции и в Бельгии. Ученые и раньше «подозревали» Ориньяк в чрезмерной любви к братьям нашим меньшим, ведь эта культура известна изображениями охотничьей добычи на разнообразных украшениях и драгоценностях.

Обладали ли кроманьонцы навыками селекции или же все происходило «само собой» – пока неизвестно, но в том, что найденный череп принадлежит домашнему животному, археологи не сомневаются.

Отличительная особенность этих питавшихся мясом овцебыков, кониной и олениной собак – огромные зубы, которые могли бы дать фору любой из современных пород и больше напоминают волчьи.

Чтобы сделать такой вывод, Мьетье Жермонпре и её коллегам пришлось проанализировать особенности 117 черепов самых крупных существующих и вымерших представителей собачьих – лис, волков и собак.

Внешне «ориньякские сторожевые» напоминали хаски, но по размеру походили на больших сторожевых: их носы были шире и короче, а черепные коробки шире хотя и меньше по объему, чем у современных волков. Исходя из изотопного анализа костей черепа, ученые точно установили, что продуктами моря их подопечные из верхнего палеолита не питались. Впрочем, поскольку рацион кроманьонцев зависел от сезона, то и собаки могли присоединяться к ним на время охоты и покидать на время рыбалки.

Зачем людям понадобились четвероногие питомцы, Жермонпре достоверно не выяснила: «Их могли использовать для выслеживания дичи, охоты и даже транспортировки добычи (…) более того, собак с таким же успехом могли содержать ради шерсти и мяса, как домашних любимцев или даже в ритуальных целях». Теория «любимцев» подтверждается и более поздними находками, сделанными в пещере Шове во Франции: там археологи обнаружили следы ребенка и собаки, которые 26 тысяч лет назад вместе шли под светом факела.

Жермонпре предполагает, что для одомашнивания животного охотники убили мать-волчицу, а ее волчат забрали себе. Чтобы закрепить необходимые отличия, им понадобилось около десятка поколений – по крайней мере, столько понадобилось в XX веке академику Дмитрию Константиновичу Беляеву и его ученикам для их знаменитых экспериментов на лисах под Новосибирском.

Насколько союз людей и одомашненных волков оказался долговечным, неизвестно.

Если верить генетическому анализу, популяция волков того времени была куда больше той, что человечество наблюдает в последнее тысячелетие. А разнообразие генома и поведения способствовало неоднократному одомашниванию.

С точки зрения Сьюзан Кроуфорд, антрополога из Университета Виктории, это объясняет, почему останки волков и собак то появляются, то исчезают из списков археологических находок. Кроме того, она считает, что описанные в опубликованной в Journal of Archaeological Science работе Жермонпре «собаки из палеолита» – некоторая промежуточная стадия, обладающая только рядом признаков, но вовсе не всеми. Среди усомнившихся и палеоантрополог Джон Хокс из Университета американского штата Висконсин в Мэдисоне, считающий, что настолько серьезные предположения нельзя делать только на основании одной находки.

Жермонпре не отрицает такой возможности развития событий, но предложила, перед тем как делать окончательные выводы, дождаться окончания детального анализа челюстей и зубов, который уже идёт.

Правда, из всех одомашненных животных собаки должны были объединиться с человеком раньше других: землепашеству и скотоводству предшествовала тысячелетняя практика охоты и собирательства, где нюх и навыки собачьих трудно переоценить. А если представить себе «гигантских» млекопитающих палеолита, то в союзе с человеком у собак было куда больше шансов одолеть шерстистого носорога или овцебыка.
http://www.gazeta.ru/science/2008/10/20_a_2860380.shtml